Refbank.Ru - рефераты, курсовые работы, дипломы по разным дисциплинам
Рефераты и курсовые
 Банк готовых работ
Дипломные работы
 Банк дипломных работ
Заказ работы
Заказать Форма заказа
Лучшие дипломы
 Формы денег и их эволюция
 Формирование денежной политики предприятия по продаже автомобильных аксессуаров
Рекомендуем
 
Новые статьи
 Готовое сочинение для ЕГЭ по теме...
 Сочинение для ЕГЭ по русскому языку по тексту А. И....
 Приумножайте капитал вместе с игровыми...
 Владение английским языком на начальном...
 Играть бесплатно онлайн – казино...
 Казино Вулкан официальный клуб...
 Играйте бесплатно на игровых аппаратах...
 Заем денежных средств на карту...
 Бездепозитные бонусы за регистрацию на...
 Как выбрать высшее учебное...
 Казино Вулкан (Vulkan) - это бренд, который является...
 Дипломы для ВУЗа - покупать, или...
 Попробуйте поиграть в разные онлайн слоты в казино...
 Сила разума: свободный университет сделает Японию...
 Вулкан Вип — играйте в казино...


любое слово все слова вместе  Как искать?Как искать?

Любое слово
- ищутся работы, в названии которых встречается любое слово из запроса (рекомендуется).

Все слова вместе - ищутся работы, в названии которых встречаются все слова вместе из запроса ('строгий' поиск).

Поисковый запрос должен состоять минимум из 4 букв.

В запросе не нужно писать вид работы ("реферат", "курсовая", "диплом" и т.д.).

!!! Для более полного и точного анализа базы рекомендуем производить поиск с использованием символа "*".

К примеру, Вам нужно найти работу на тему:
"Основные принципы финансового менеджмента фирмы".

В этом случае поисковый запрос выглядит так:
основн* принцип* финанс* менеджмент* фирм*
История государства и права

курсовая работа

Основные теории происхождения государства и права



План.
Введение.
1. Причины разнообразия теорий происхождения государства и права.
2. Основные теории происхождения государства.
3. Основные теории происхождения права.
Заключение.
Библиография.
Введение.
Чтобы глубоко и всесторонне понять сущность и особенности существующих ныне государств и правовых систем, а также попытаться выявить исторические тенденции их развития в будущем, необходимо прежде всего изучить, как эти государства и государственные образования возникают, какой путь они проходят и чем они становятся сейчас. В. И. Ленин, несомненно, был прав, когда писал, что если рассматривать какое угодно общественное явление, включая государство, под углом зрения его возникновения и развития, то в нем, безусловно, окажутся остатки прошлого, основы настоящего и зачатки будущего1.
Теорию происхождения государства и права можно толковать в трояком смысле, а именно как учение о возникновении: 1) государства и права независимо от их типа и форм (теория в широком смысле, или общая теория), 2) государства и права того или иного типа, в отдельности взятого (теория в узком смысле), 3) конкретного государства и права, т. е. государства и права, имеющих собственное имя и собственную историю возникновения (специальная, или частная, теория)2. В представленной работе рассматривается общая теория происхождения государства и права.
На смену первобытной организации общества приходит государство. Уже тысячелетия люди живут в условиях государственно-правовой действительности: они являются гражданами (или подданными) определенного государства, подчиняются государственной власти, сообразуют свои действия с правовыми предписаниями и требованиями. Естественно, что еще в глубокой древности они стали задумываться над вопросами о причинах и путях возникновения государства и права. Создавались самые разнообразные теории, по-разному отвечающие на такие вопросы. Почему? Однозначного ответа на этот вопрос нет и быть не может. Дело в том, что у различных народов государства возникали по-разному. Однако ученые всегда стремились найти общие закономерности их возникновения. На сегодняшний день существует достаточно много теорий, так или иначе объясняющих процесс возникновения государства.
Видимо, нет смысла рассматривать те точки зрения, которые исходят из непознаваемости путей возникновения и сущности государства и права, а также концепции, отождествляющие государство и общество, полагающие, что государство и право - явления вечные, присущие любому социуму, поскольку возникают вместе с ним. В данной работе будут рассмотрены теории, которые различают государство и общество и выделяют происхождение государства и права в качестве специфической проблемы.
1. Причины разнообразия теорий происхождения государства и права.
Среди теоретиков государства и права никогда не было раньше и в настоящее время нет не только единства, но даже общности взглядов в отношении процесса происхождения государства и права. При рассмотрении данного вопроса никто, как правило, не подвергает сомнению такие, например, общеизвестные исторические факты, что первыми государственно-правовыми системами в Древней Греции, Египте, Риме и других странах были рабовладельческие государство и право. Никто не оспаривает того факта, что на территории нынешней России, Польши, Германии и ряда других стран никогда не было рабства. Исторически первыми здесь возникли не рабовладельческие, а феодальные государство и право.
Не оспариваются и многие другие исторические факты, касающиеся происхождения государства и права. Однако этого нельзя сказать обо всех тех случаях, когда речь идет о причинах, условиях, природе и характере происхождения государства и права. Над единством или общностью мнений здесь преобладает разнополярность мнений.
Помимо общепризнанных мнений и суждений в вопросах происхождения государства и права нередко имеют место прямые искажения данного процесса, сознательное игнорирование ряда весьма существенных для его глубокого и всестороннего понимания фактов. "Если понятие государства, - писал в связи с этим еще в начале XX века видный государствовед Л. Гумплович, - часто сводилось к выражению политических тенденций, к изображению политической программы и служило знаменем для политических стремлений, - то неменьшему извращению должен был подвергаться и чисто исторический акт происхождения государств. Его часто искажали и сознательно игнорировали в пользу так называемых "высших идей". Чисто исторический акт происхождения государств, - продолжал автор, - строили на идее, выводили из известных потребностей или, иначе говоря, из определенных рационалистических и нравственных мотивов. Полагали, что для поддержания морали и человеческого достоинства обязательно нужно скрыть действительный, естественный способ возникновения государств и выставить вместо него какую-нибудь "легальную" и гуманную формулу"3.
Дело, однако, заключалось не только и даже не столько в преднамеренном сокрытии "действительного, естественного способа" возникновения государства и права, сколько в различном понимании сути и самой значимости этого способа. Ведь один подход к пониманию естественного способа возникновения государства и права может быть связан, скажем, с естественным развитием экономики и общества, на базе или в рамках которых возникают государство и право. И совершенно другой - с естественным развитием общей культуры людей, их интеллекта, психики, наконец, здравого смысла, приведших к осознанию объективной необходимости формирования и существования государства и права.
Кроме этого при рассмотрении проблем возникновения государства и права важно учитывать и то, что сам процесс появления государства и права далеко неоднозначен. С одной стороны необходимо различать процесс первоначального возникновения государства и права на общественной арене. Это процесс формирования государственно-правовых явлений, институтов и учреждений на основе разложившихся по мере развития общества догосударственных и, соответственно, доправовьгх явлений, институтов и учреждений.
А с другой стороны, необходимо выделять процесс зарождения и развития новых государственно-правовых явлений, институтов и учреждений на базе ранее существовавших, но по каким-то причинам ушедших с общественно-политической сцены государственно-правовых явлений, институтов и учреждений.
Отмечая неоднозначный, двойственный характер процесса возникновения государства и права, известный российский правовед Г. Ф. Шершеневич писал еще в 1910 г., что этот процесс непременно нужно исследовать, как минимум, в двух плоскостях. Важно исследовать, каким образом впервые в недрах общества зародилось государство. Это - одна плоскость, одно восприятие процесса возникновения государства и права. И совсем иначе ставится вопрос, когда исследуется, каким образом в настоящее время, когда почти все человечество живет в государственном состоянии, возможны новые государственные образования.
Таким образом, в мире всегда существовало множество различных теорий, объясняющих процесс возникновения и развития государства и права.
Это вполне естественно и понятно, ибо каждая из них отражает или различные взгляды и суждения различных групп, слоев, классов, наций и других социальных общностей на данный процесс, или - взгляды и суждения одной и той же социальной общности на различные аспекты данного процесса возникновения и развития государства и права. В основе этих взглядов и суждений всегда находились различные экономические, финансовые, политические и иные интересы.
Речь идет не только о классовых интересах и связанных с ними противоречиях, как это длительное время утверждалось в нашей отечественной и отчасти в зарубежной литературе. Вопрос ставится гораздо шире. Имеется в виду весь спектр существующих в обществе интересов и противоречий, оказывающих прямое или косвенное влияние на процесс возникновения, становления и развития государства и права.
За время существования юридической, философской и политической науки были созданы десятки различных теорий и доктрин. Высказаны сотни, если не тысячи противоречивых предположений. Вместе с тем споры о природе государства и права, причинах, истоках и условиях их возникновения продолжаются и по сей день.
Причины их и порождаемых ими многочисленных теорий заключаются в следующем. Во-первых, в сложности и многосторонности самого процесса происхождения государства и права и объективно существующих при этом трудностях его адекватного восприятия. Во-вторых, в неизбежности различного субъективного восприятия данного процесса со стороны исследователей, обусловленного их несовпадающими, а порою противоречивыми экономическими, политическими и иными взглядами и интересами. В-третьих, в преднамеренном искажении процесса первоначального или последующего (на основе ранее существовавшего государства), возникновения государственно-правовой системы в силу конъюнктурных или иных соображений. И, в-четвертых, в преднамеренном или непреднамеренном допущении смешения в ряде случаев процесса возникновения государства и права с другими сопредельными, соотносящимися с ними процессами.
Обращая внимание на последнее обстоятельство, Г. Ф. Шершеневич не без оснований сетовал, в частности, по поводу того, что вопрос о происхождении государства часто смешивается с вопросом "об обосновании государства". Конечно, рассуждал он, логически эти два вопроса совершенно различны, но "психологически они сходятся общими корнями". Вопрос о том, почему нужно повиноваться государственной власти, в таком представлении логически связывается с вопросом, каково ее происхождение.
Таким образом, в строго теоретическую проблему о происхождении государства вносится чисто политический момент. "Не то важно, каково было в действительности государство, а как найти такое происхождение, которое способно было бы оправдать заранее предвзятый вывод"4. В этом, по мнению автора, заключается основная цель смешения названных явлений и отражающих их понятий. В этом - одна из причин множественности и неоднозначности произрастающих на данной основе теорий.
Различного рода теории возникают в связи с неправомерным смешением процесса возникновения государства с другими, взаимосвязанными с ним процессами. Аналогичная картина наблюдается и в отношении процесса зарождения и становления права, его первоначального возникновения. При этом нередко имеет место неправомерное смешение происхождения права с его развитием.
На это особое внимание обращал, в частности, Н. М. Коркунов. Объяснение происхождения права, писал он, не может ограничиваться и заменяться указанием на то, как развивается право. Главный и самый трудный вопрос заключается в объяснении первоначального возникновения права, в объяснении того, каким образом впервые появляется "самое сознание о праве".
В современном быту, размышлял он, мы знаем, что право творится и развивается сознательной деятельностью и при этом "отправляются от сознания недостатков или неполноты уже существующего права. Но откуда же взялось первоначальное сознание о праве?". Разрешение вопроса тем труднее, заключал автор, что сознание людей всегда предполагает уже готовый объект, готовое содержание. Обыкновенно объект одного акта сознания дается предшествующим ему, также сознательным актом. Но когда речь идет о первоначальном возникновении сознания относительно права или государства, то такое объяснение неприменимо. Остается предположить или врожденность правосознания или же, что "первоначально объект правосознания дается бессознательным актом".
Не имея возможности или не умея вполне определенно и аргументированно ответить на данный вопрос, исследователи зачастую обращаются к проблемам развития права вместо изучения проблем его первоначального возникновения. Такая подмена близких, но неравнозначных явлений и отражающих их понятий нередко уводит в сторону от познания процесса возникновения государства и права, создает благоприятную основу для появления различных, порою весьма противоречивых суждений и теорий5.
2. Основные теории происхождения государства.
Теологическая теория (от греч. theos - бог, logos - понятие, учение) - учение о боге.
Основными представителями этой теории являются: Фома Аквинский, Ж. Маритен, Ф. Лебюфф, Д. Эйве, Кост-Флорэ.
Это учение является одним из самых древних. Возникло оно одновременно с первыми государствами на основе религиозно-мифологических представлений их божественного происхождения. Особенность данной теории состоит в том, что ее представители никогда не ставили перед собой задачу обосновать процесс происхождения государства, основную задачу они видели в обосновании государственной власти. Теологическая теория обосновывает две основные идеи. Первая состоит в доказывании божественного происхождения государственной власти. Вся власть от бога. Вторая задача заключается в том, чтобы подчинить светские власти церкви. Наиболее яркий представитель этой теории, святой католической церкви Фома Аквинский утверждал, что "все христианские короли должны быть подчинены римскому первосвященнику как самому господу Иисусу Христу. Папа есть царь царей, владыка владык, власть которого не прекратится и не распадется во веки веков".
Аквинат касается вопросов государства, закона, права в труде "О правлении властителей" (1265-1266 гг.), в произведении "Сумма теологии" (1266-1274 гг.) и в иных работах. В них ученый-богослов пытается приспособить взгляды Аристотеля к догматам католической церкви и таким путем еще более укрепить ее позиции. Представления Фомы Аквинского о государстве - первая попытка развить христианскую доктрину государства на базе аристотелевской "Политики").
От Аристотеля Аквинат перенял мысль о том, что человек по природе есть "животное общительное и политическое". В людях изначально заложено стремление объединиться и жить в государстве, ибо индивид в одиночку удовлетворить свои потребности не может. До этой естественной причине и возникает политическая общность (государство). Процедура же учреждения государственности аналогична процессу сотворения мира богом. При акте творения сперва появляются вещи как таковые, потом следует их дифференциация сообразно функциям, которые они выполняют в границах внутренне расчлененного миропорядка. Деятельность монарха схожа с активностью бога. Прежде чем приступить к руководству миром бог вносит в него стройность и организованность. Так и монарх первым делом учреждает и устраивает государство, а затем начинает управлять им6.
Вопрос о научности рассматриваемой теории связан с вопросом веры. Для атеиста она является нелепой, антинаучной. Для верующего, напротив, она универсальна и практически неопровержима, поскольку позволяет приспособить теологическую концепцию к любой форме государства. Дело в том, что официальная доктрина Ватикана исходит из того, что бог, создавая государство и право, не указал непосредственно лиц, осуществляющих власть, конкретные формы правления, государственного устройства, политический режим и т.д7.
Несмотря на свое религиозное содержание, эта теория, возникшая еще в древности (Иудея), отражала определенные реальности, а именно теократические формы первичных государств (власть жрецов, роль храма, разделение власти между религиозными и административными центрами).
Следует также учитывать при оценке этой теории, что освещение власти божественным, а это имело место во многих первичных городах-государствах, придавало власти и авторитет, и безусловную обязательность. Не случайно, что эта теория была весьма распространена в средние века. В XVI-XVIII веках теологическую теорию использовали для обоснования неограниченной власти монарха. А сторонники королевского абсолютизма во Франции, например Жозеф де Местр, рьяно ее отстаивали в начале XIX века.
Получила она своеобразное развитие и в трудах некоторых современных ученых, которые, признавая рубежное значение неолитической революции, утверждали, что переход к производящей экономике, начавшийся 10-12 тыс. лет назад, имел божественное начало. При этом теологи отмечают, что, по их мнению, точных естественных причин этого качественного перелома в истории человечества наука до сих пор не установила, а вот религиозное обоснование содержится еще в Библии.
Разумеется, теологическая теория исходит из религиозных воззрений, не является научной, но отражает отдельные реальные процессы, действительно имевшие место в процессах становления государств (теократических)8.
Патриархальная теория рассматривает возникновение государства непосредственно из разросшейся семьи, а власть монарха конструируется из власти отца над членами его семьи. Основателями является Платон и Аристотель, которые считали, что возникновение государства есть результат разрастания патриархальной семьи, глава которой становится монархом.
Зачем нужна была эта теория? Затем, чтобы показать, что власть монарха, какой бы суровой она ни была, является священной, так же как власть отца. Отец может наказать ребенка, побить, но это отец и к нему надо относиться с сыновьим почтением. Точно так же следует относиться и к монарху9.
Так же, как и теологическая теория, патриархальная была направлена на обоснование неограниченности власти царя, монарха, но истоки этой власти видела уже не столько в ее божественном происхождении, сколько в тех формах семьи, где существовали неограниченная власть главы семьи, патриарха.
Зародилась эта теория в Греции, обоснование получила первоначально в трудах Аристотеля, но свое развитие нашла в XVII веке в сочинении англичанина Фильмера "Патриарх". Роберт Фильмер, сторонник неограниченной королевской власти, опираясь на Библию, в сочинении "Патриархия, или Естественная власть короля" доказывал, будто власть королей ведет свое начало непосредственно от прародителя рода человеческого- Адама. Поэтому государство появляется вовсе не в результате общественного договора, заключаемого свободными равными людьми, который ими же при определенных условия может быть расторгнут. Государь не назначается, не выбираете и не смещается подданными, ибо все они - его дети. Происходя (через Адама) от бога, монархическая власть, согласно Фильмеру, вообще не подчинена человеческим законам10.
Сочинение Фильмера было самой экзотической работой, выражавшей идеи патриархальной теории. Уже современники Фильмера обратили внимание не несуразность многих ее положений. Однако позднее основная идея этой теории использовалась на западе Г. Мэном, Э. Вестермарком и Д. Мэрдоком, а в России - Н.К. Михайловским. Вера в хорошего, доброго и справедливого царя, "отца народов", скорее всего, проистекает из патриархальной теории.
Являясь внешне привлекательной, рассматриваемая теория вряд ли может быть признана научной. Не случайно Сидней Локк в произведении "Два трактата о правлении" (1690 г.), критикуя теологически-патриархальную теорию Фильмера, заметил, что, либо монархов должно быть столько, сколько отцов, либо в мире должна быть только одна монархия.11
Естественно, такого исторически никогда не было, да и быть не могло. Однако многие другие юристы и социологи более глубоко рассматривали роль семьи в возникновении государства, а также других социальных институтов.
Основные положения патриархальной теории убедительно опровергаются современной наукой. Нет ни одного исторического свидетельства подобного способа возникновения государства. Напротив, установлено, что патриархальная семья появилась вместе с государством в процессе разложения первобытно-общинного строя. К тому же в обществе, в котором существует такая семья, родственные связи достаточно быстро разрушаются12.
Современное состояние научных знаний о происхождении государства, хотя и привязывает этот процесс к новому способу экономической, трудовой деятельности в раннеклассовых обществах, к организационно-управленческим функциям, связанным с земледелием, к городской цивилизации, к возникновению частной собственности, вместе в тем отнюдь не умаляет и первоначальной роли семьи. С одной стороны, появление на финальных этапах неолитической революции "больших семей" общинников-земледельцев - основного звена раннеклассового общества, с другой - династическое присвоение должностей в раннеклассовых первичных городах-государствах - это вполне реальные, научно установленные процессы, которые по-новому позволяют взглянуть как на содержательные, так и на ошибочные положения патриархальной теории. Словом, и эта теория также "схватывала" и отражала какие-то реальные, сущностные стороны перехода человечества от социально-организованной жизни в первобытном обществе к государственным формам в раннеклассовом обществе, но - и в этом основной недостаток этой теории - преувеличивая их, придавала этим сторонам универсальное и определяющее значение. А это уже было теоретически и исторически неверным13.
Органическая теория возникла в XIX в. в связи с успехами естествознания, хотя некоторые подобные идеи высказывались значительно раньше. Так, некоторые древнегреческие мыслители, в том числе Платон (IV-III вв. до н. э.) сравнивали государство с организмом, а законы государства - с процессами человеческой психики.
Появление дарвинизма привело к тому, что многие юристы, социологи стали распространять биологические закономерности (межвидовая и внутривидовая борьба, эволюция, естественный отбор и т.п.) на социальные процессы. Представителями этой теории были английский социолог Г. Спенсер, швейцарский юрист - И. Блюнчли, французский социолог - Вормс и др.
В соответствии с органической теорией само человечество возникает как результат эволюции животного мира от низшего к высшему. Дальнейшее развитие приводит к объединению людей в процессе естественного отбора (борьба с соседями) в единый организм - государство, в котором правительство выполняет функции мозга, управляет всем организмом, используя, в частности, право как передаваемые мозгом импульсы. Низшие классы реализуют внутренние функции (обеспечивают его жизнедеятельность), а господствующие классы - внешние (оборона, нападение).
Наблюдаемые в жизни общества процессы роста и усложнения их структуры и функций или связанности его отдельных частей (элементов), их дифференциации Спенсер представил как процесс постепенного объединения различных мелких групп в более крупные и сложные, которым он дал название "агрегаты". Этим названием охватывались такие общественные группы и объединения, как племя, союз племен, города-государства, империи. Было принято во внимание также, что, раз возникнув, эти объединения (агрегаты) испытывают воздействие иных факторов перемен -- социально-классовой дифференциации, специализации в виде разделения труда, образования органов политической власти (регулятивная система), а также возникновения земледелия, ремесел (система органов "питания"), возникновения специализированной "распределительной системы" (торговли, транспорта и иных средств сообщения).
Исходным положением для оценки общественных структур и остальных частей политических агрегатов у Спенсера стало положение о том, что общество существует для блага всех членов, а не члены его существуют для блага общества. Другими словами, благосостояние общественного агрегата не может считаться само по себе целью общественных стремлений без учета благосостояния составляющих его единиц. В этом смысле все усилия и притязания политического агрегата (политического, института, в частности) сами по себе мало что значат, если они не воплощают в себе притязания составляющих данный агрегат единиц. Эта характерная особенность позиции английского мыслителя дает основание для отнесения ее к разряду либеральных социально-политических установок.
Объясняя свой подход к рассмотрению структуры и деятельности социально-политических агрегатов. Спенсер говорил, что между политическим телом и живым телом не существует никаких других аналогий, кроме тех, которые являются необходимым следствием взаимной зависимости между частями, обнаруживаемой одинаково в том и другом. К сказанному следует добавить, что в те времена в европейском политическом словаре не было еще термина "политическое учреждение" и этот структурный элемент политической жизни именовался политическим телом (отсюда же ведет свое происхождение и слово "корпорация", употреблявшееся вначале для обозначения некоторых сословий, например горожан, купцов и др.). О достоинствах метода аналогий и его оправданности сам исследователь заметил, что "аппараты и функции человеческого тела доставляют нам наиболее знакомые иллюстрации аппаратов вообще".
У Спенсера можно найти и довольно существенные оговорки относительно пределов аналитических возможностей метода аналогий, поскольку опасность завышенной биологизации социальных и политических структур был очевидной. "Общественный организм, будучи раздельным (дискретным), а не конкретным, будучи ассиметричным, а не симметричным, чувствительным во всех своих единицах, а не в одном чувствительном центре, не может быть сравниваемым ни с одним, особо взятым типом индивидуального организма, растительного или животного. Единственная общность между двумя сравниваемыми нами родами организмов есть общность основных принципов организации" ("основания социологии").
Обращаясь к истории возникновения государства и политических институтов, Спенсер утверждал, что первоначальная политическая дифференциация возникает из семейной дифференциации - когда мужчины становятся властвующим классом по отношению к женщинам. Одновременно происходит дифференциация и в классе мужчин (домашнее рабство), которая приводит к политической дифференциации по мере возрастания числа обращенных в рабство и зависимых лиц в результате военных захватов и увода в плен. С образованием класса рабов-военнопленных и начинается "политическое разделение (дифференциация) между правящими структурами и структурами подвластными, которое продолжает идти через все более высокие формы социальной эволюции".
Вместе с расширением практики завоеваний усложняется классовая структура - возникают различные сословия, выделяется особый правящий слой и тем самым усложняется политическая структура. В ходе объединения усилий во имя военных целей возрастает роль "принудительной кооперации", что ведет к утрате индивидуальности у ее участников (так, в военном типе социальной организации индивид оказывается собственностью государства). В это время сохранение общественных становится самой главной целью, тогда как сохранение каждого члена общества - целью второстепенной14.
Несмотря на действительно существующие сходства между органической и общественной жизнью, данная теория не может быть признана научной. Видный русский правовед Е.Н. Трубецкой отмечал, что животная клеточка, с которой социологи любят сравнивать человека, сама по себе не составляет самостоятельного целого, может быть членом только одного организма, выполняет одну строго определенную функцию, тогда как человек может отделиться от общества (например, посредством эмиграции, перемены подданства), быть членом нескольких социальных организмов и выполнять одновременно или поочередно множество самых разнообразных функций (например, быть одновременно профессором и адвокатом, быть сначала студентом, а затем уже - адвокатом, прокурором, судьей и т.п.). Биологические законы необходимо учитывать при изучении общества, государства и права, но их нельзя абсолютизировать15.
Некорректность органической теории происхождения государства и права определяется следующим. Все сущее имеет различные уровни проявления, бытия и жизнедеятельности. Развитие каждого уровня определяется свойственными этому уровню законами (квантовой и классической механики, химии, биологии и т.п.). И так же, как нельзя объяснить эволюцию животного мира исходя лишь из законов физики или химии, так невозможно распространять биологические законы на развитие человеческого общества16.
Патримониальная теория (Галлер) считает, что государство произошло от права собственника на землю (патримониум). Из права владения землей власть автоматически распространяется и на проживающих на ней людей. Подобным образом обосновывается феодальный сюзеренитет17.
Теория договорного происхождения государства зародилась в глубокой древности. Эпикур и некоторые другие философы-софисты в Древней Греции считали, что государство создается людьми на основе добровольного соглашения для обеспечения общего блага. Однако более глубокая и детальная разработка этой теории относится к ХУЛ - XVIII вв. Основными ее представителями являются англичане - Т. Гоббс и Д. Локк, голландцы - Г. Гроций и Б. Спиноза, французы - Ж.-Ж. Руссо и Д. Дидро, русские - А.Н. Радищев и П.И. Пестель.
Данная теория основывается на двух постулатах. Первый состоит в том, что до возникновения государства и права люди жили в условиях так называемого естественного состояния. Этот факт признается всеми представителями теории, однако само естественное состояние трактуется ими по-разному. Гоббс полагал, что люди находились в состоянии "войны всех против всех" и для того чтобы не истребить друг друга, договорились и образовали государство. Руссо, напротив, считал, что до образования государства люди жили хорошо, но для того чтобы жить еще лучше, они договорились и образовали государство, а часть своих прав передали монарху.
Второй постулат состоит в том, что государство возникает в результате заключения общественного договора. Вместе с тем, представители рассматриваемой теории не рассматривают наличие общественного договора как необходимый для возникновения государства исторический факт. Последний выступает как логическая предпосылка, без которой невозможно объяснить отличие государства от первобытного общества. Не случайно непосредственных и достоверных фактов возникновения государства в результате договора история не предъявляет. Хотя иногда в качестве примера приводят норманскую теорию происхождения российского государства. Так, согласно летописной легенде начальник варяжского военного отряда Рюрик, был призван ильменскими славянами вместе с братьями Синеусом и Трувором княжить в Новгород. Был устный договор, и этот момент считается моментом возникновения государства.
Тем не менее, практически все дореволюционные и большинство современных теоретиков права договорную теорию происхождения государства и права не считают научной. Известный русский ученый, юрист Н.М. Коркунов в лекциях по общей теории права в 1894 г. писал, эта теория в чистом ее виде является теперь уже совершенно опровергнутой, т.к. она оказалась прямо противоречащей и историческим, и психологическим данным. Но вместе с тем необходимо признать и то, что данная теория имеет немалое теоретическое и практическое значение применительно к возможности людей оказывать влияние на становление государственно-правовых институтов.
Безусловно, договорная теория была крупным шагом вперед в познании государства, т. к. порывала с религиозными представлениями о происхождении государства и государственной власти. Она уловила и некоторые реалии в возникновении отдельных государственных образований. Например, переход от первобытного общества, где власть принадлежала всем общинникам, их собранию, избранному ими совету, военачальнику, вождю - к государству, где власть принадлежала уже государственным органам, царю, особому слою людей, выделившемуся для управления народом.
Отражала эта теория и договорную практику многих феодальных городов, заключавших договор с князем о его материальном обеспечении в обмен на управление городом, на защиту города.
Имела эта теория и глубокое демократическое содержание, обосновывая естественное право народа на свержение власти негодного монарха, вплоть до революционного восстания.
Даже в XX веке эти идеи получали свое распространение и воплощение, например, когда было заключено соглашение ("поразумение") в кризисный период 80-х годов между польской "Солидарностью", представлявшей как бы польский народ, и властью.
В то же время договорная теория грешит крупными недостатками, в том числе вневременным, абстрактным представлением о первобытном обществе, его состоянии. По мнению Гоббса, это первобытное состояние представляло собой войну всех против всех, а по мнению Локка, Руссо - золотой век всеобщего мира и благоденствия, свободы и равенства. Ныне наука располагает данными об ограниченности и схематичности, умозрительности как тех, так и других представлений.
В договорной теории основная фигура - это абстрактный, изолированный человек, этакий Робинзон, который вступает в соглашение и образует государство. Но такого изолированного человека как субъекта исторического процесса создания государства никогда не существовало. Человек выступал в различных социальных объединениях: общинах, кланах, больших семьях, классах, в обществе, которые и были реальными субъектами этого процесса.
Однако позитивное содержание договорной теории происхождения государства было столь значительным, как подчеркивалось выше, что оно и сейчас используется во многих демократических, либеральных движениях, хотя, разумеется, и в новых, современных формах18.
Признание естественных прав человека и гражданина, народного суверенитета, постепенное подчинение государственного устройства человеческим идеалам свидетельствуют о ее научно-практической ценности19.
Отмечая прогрессивность многих положений теории общественного договора, которая противостояла феодальному сословному государству, царящему в этом обществе произволу, неравенству людей перед законом, следует указать все же на то, что, кроме чисто умозрительных построений, нет убедительных научных данных, подтверждающих реальность этой теории. Можно ли себе представить возможность того, чтобы десятки тысяч людей могли договориться между собой при наличии острых социальных противоречий между ними и при отсутствии уже существующих властных структур? Игнорирует эта теория и необходимость экономических, материальных предпосылок для того, чтобы могло возникнуть государство20.
Теория "инцеста". Французский этнограф и социолог Клод Леви-Стросс разработал и обосновал идею, согласно которой особенности производства человека (воспроизводство рода), а именно запрет инцеста (кровосмешения), явились исходным социальным фактом в выделении человека из мира природы, структурализации общества и возникновении государства. Суть теории состоит в том, что для обеспечения реализации запрета инцеста необходимо было применять весьма суровые, жестокие меры пресечения. Для этого понадобилось создание внутри родовой общины специальных органов, которые как посредством насильственного пресечения кровосмешения внутри рода, так и путем развития связей с иноплеменниками в целях взаимообмена женщинами явились прообразом будущей государственной структуры21.
Несмотря на внешнюю простоту и привлекательность данной теории, вряд ли оправданно в качестве первопричины образования государства рассматривать установление запрета инцеста и создание внутри родового общества структур, обеспечивающих его реализацию. Исторически данный запрет возник задолго до возникновения первых государств, следовательно, их появление связано не только с действием названной причины, но и иных факторов22.
Теория насилия. Основные представители: Л. Гумплович, К. Каутский, Е. Дюринг.
В соответствии с этой теорией государство всегда образуется в результате насилия. Л. Гумплович в 1910 г. выпустил книгу на русском языке "Общее учение о государстве", в которой писал: "История не предъявляет нам ни одного примера, где бы государство возникло не при помощи акта насилия, а как-то иначе. Кроме того, это всегда являлось насилием одного племени над другим, оно выражалось в завоевании и порабощении более сильным чужим племенем более слабого, уже оседлого населения".
Борьба за существование является, по Гумпловичу, главным фактором социальной жизни. Государство полностью находится в сфере действия данного фактора. Эта борьба - вечный спутник человечества и главный стимулятор общественного развития. Практически она выливается в борьбу между различными человеческими группами. Каждая из них стремится подчинить себе другую группу и установить над ней господство. Очевиден высший закон истории: "Сильнейшие побеждают слабейших, сильные немедленно объединяются, чтобы в единении превзойти третьего, тоже сильного, и так далее". Изобразив подобным образом высший закон истории, Гумплович утверждает: "Если мы четко осознаем этот простой закон, то кажущаяся неразрешимой загадка политической истории будет разгадана нами".
Истоки постоянной беспощадной борьбы человеческих групп между собой Гумплович объясняет неоднозначно. С одной стороны, он указывает в качестве ее причины расовые различия между ними (правда, раса для него не биологический, а прежде всего социокультурный феномен). С другой стороны, он усматривает конечную причину социальных конфликтов в стремлении людей к удовлетворению своих материальных потребностей. Этому стремлению Гумплович придает чуть ли не универсальное значение: "Всегда и всюду экономические мотивы являются причиной всякого социального движения, обусловливают все государственное и социальное развитие". Однако первое объяснение со вторым остаются у него неувязанными.
В самую отдаленную эпоху, полагает Гумплович, конфликты, войны между отдельными родами за овладение тем или иным имуществом завершались уничтожением побежденной группы. Позднее людей из таких групп стали оставлять в живых и превращать в рабов, эксплуатировать. Победители (ими оказывались расы с более высокими интеллектуальными способностями и лучшей воинской дисциплиной), чтобы упрочить свое господствующее положение и держать в повиновении поверженных, должны были предпринимать ряд организационных и иных мер. Их результатом явилось возникновение государства.
Отныне к войнам между расами и государствами прибавилась еще борьба внутри самого государства. То, что некогда было борьбой антропологически различных орд, на стадии цивилизации траснформируется в борьбу социальных групп, классов, сословий, политических партий. Сопоставление (если даже не отождествление) конфликтов первобытных орд с взаимоотношениями современных классов и политических партий никак нельзя признать научно корректным. Оно свидетельствует, по меньшей мере, о серьезном недостатке историзма в "реалистической" трактовке Гумпловичем важнейших социально-политических явлений.
Посчитав, что государство формируется в результате подчинения одной человеческой группы (слабейших, побежденных) другой группе (сильнейших, победителей) в качестве средства удержания порядка господства - повиновения, Гумплович выступает категорически против того, чтобы характеризовать государство как орган умиротворения, примирения противоречивых интересов. Ему суждено быть органом принуждения, насилия. Согласно Гумпловичу, существование общества без государственного принуждения невозможно.
Поскольку всю деятельность любого государства обусловливает в первую очередь потребность охранять и укреплять отношения господства - подчинения, пронизывающие общественное целое сверху донизу, постольку будет верно, полагает Гумплович, квалифицировать государство так: "Естественно выросшая организация господства, призванная поддерживать определенный правовой порядок"23.
К. Каутский в книге "Материалистическое понимание истории", изданной в 1931 г., писал: "Государство и классы начинают свое существование одновременно. Племя победителей подчиняет себе племя побежденных, присваивает себе всю их землю и затем принуждает побежденное племя систематически работать на победителей, платить им дань или подати. Первые классы и государства образуются из племен, спаянных друг с другом актом завоевания"3.
Как видно, и К. Каутский считал, что государство - не результат внутреннего развития общества, а навязанная ему извне сила, что первобытная родовая демократия сменяется государственной организацией только под внешними ударами.
Как относиться к этой теории? Нетрудно видеть, что и она, улавливает отдельные явления в образовании государства, преувеличивает их, придает им универсальный характер.
Действительно, завоевание одним народом другого имели место, отражались и на социально-этнической структуре вновь возникающего общества. Однако это были уже вторичные процессы, когда первичные, раннеклассовые государства уже существовали как города-государства, когда завоеванные народы или имели уже свои органично возникшие государственные образования, или достигали в своем развитии уровня, при котором были готовы воспринять государственно организованные формы общественной жизни. Кроме того, теория насилия опять же имеет вневременной, абстрактный характер, соответствует представлениям и уровню знаний XIX-начала XX века.
Вместе в тем "завоевательный" фактор в образовании государства отбрасывать не следует, помня, однако, и о том, что история дает множество примеров поглощения, растворения побежденным народом завоевателей, сохранение и усвоение завоевателями государственных форм побежденных народов. Словом, теория насилия не раскрывает сущностных причин происхождения государства, только открывает отдельные его формы, главным образом вторичные (воины городов-государств между собой, формирование территориально более обширных государств, отдельные эпизоды в истории человечества, когда уже существующие государства подвергались нападению народов, не знавших еще государственной организации, и либо разрушались, либо использовались победителями (например, нападения германских племен на Рим)24. Рассматриваемая теория подтверждается конкретными историческими фактами. Так, германские племена завоевали часть римской империи и вследствие этого возникло германское государство. В то же время эту теорию нельзя считать универсальной. Далеко не все государства возникли в результате акта насилия. Кроме того, не на любом этапе развития общества акт насилия приводил к возникновению государства. Победа одним первобытным стадом другого не приводила и не могла привести в тот период времени к возникновению государства. Для этого должны сформироваться соответствующие условия25.
Теория гидравлического происхождения государства. В основе этой теории лежит концепция К. Витфогеля, в соответствии с которой обосновывается происхождение государств в странах Древнего Востока: Древнем Египте, Шумере, Древнем Китае и других странах. Современный немецкий ученый в работе "Восточный деспотизм" возникновение государств, их первые деспотические формы связывает с необходимостью строительства гигантских ирригационных сооружений в восточных аграрных областях. Эта необходимость приводит к образованию "менеджериально-бюрократического класса", порабощающего общество. К.А. Витгфогель деспотизм называет "гидравлической" или "агроменеджериальной" цивилизацией.
К. Витфогель считал, что основной причиной возникновения государств в странах этого региона являлась объективно существовавшая потребность организовать огромные массы людей для строительства ирригационных сооружений (каналов, дамб, водоподъемников и др.). Без решения задачи обеспечения водой соответствующих регионов люди были обречены либо на изменение места жительства, либо на вымирание.
Данная теория вполне может быть признана научной, поскольку исторический опыт свидетельствует о том, что решающую роль в возникновении государств и правовых систем в названных странах сыграла обозначенная выше потребность. Понятно, что ее нельзя рассматривать в качестве единственной, но то, что она была ведущей - неоспоримо.
Действительно, процессы создания и поддержания мощных ирригационных систем происходили в регионах образования первичных городов-государств, в Месопотамии, Египте, Индии, Китае, других областях. Также очевидны и связи этих процессов с формированием многочисленного класса управленцев-чиновников, служб, защищающих каналы от заиливания, обеспечивающих по ним судоходство и т. п.
Оригинальна и идея КА. Витгфогеля, пытающаяся связать деспотические формы государств азиатского способа производства с ведением грандиозных ирригационных строительств. Эти работы диктовали необходимость жесткого, централизованного управления, распределения, учета, подчинения и т. п.
И вместе с тем ирригационная теория (ее еще называют гидравлической) улавливает также лишь отдельные связи, отдельные стороны процесса госу-дарствообразования, но опять-таки гиперболизирует и универсализирует их.
Да, действительно, в некоторых регионах формирования государственных образований и ведение крупных ирригационных работ шли параллельно, влияя друг на друга. Однако и в этих процессах возникновение государства было первичным. Именно его наличие позволяло организовывать столь крупные и скоординированные работы. Но в других регионах города-государства возникали в процессах становления производящей экономики, опирающейся на иные формы трудовой, производственной деятельности: разработку рудников, металлургию, металлообработку, развитие мореплавания и ведение на этой основе морской торговли26.
Психологическая теория. Представители этой теории (Цицерон, Н.М. Коркунов, Л.И. Петражицкий, 3. Фрейд, Дж. Ф. Мейт-ленд-Джонс) обосновывают происхождение государства и права особыми свойствами человеческой психики: врожденной потребностью жить вместе, осознания массой своей зависимости от власти, биопсихологическими, сексуальными инстинктами, деятельностью той или иной "сильной личности".
Так, Цицерон полагал, что государство есть достояние народа (res publica). Народ - не любое соединение людей, собранных вместе каким бы то ни было образом, а соединение многих людей, связанных с собой в вопросах права и общности интересов. Первой причиной для такого соединения людей является не столько их слабость, сколько врожденная потребность жить вместе.
Видный русский государствовед Н.М. Коркунов связывал возникновение государства с потребностью к "психологическому единению людей", "коллективному сознанию", к необходимости разграничения интересов. Государство возникает, по мнению Н.М. Коркунова, в результате осознания массой своей зависимости от власти.
Один из основных представителей психологической школы права Л.И. Петражицкий считал, что в основе возникновения государства и права лежат правовые переживания людей, психологические закономерности развития человека2.
Основатель влиятельного психоаналитического направления в западной социологии и учениях о государстве и праве 3. Фрейд исходил из существования первоначальной патриархальной орды, деспотический глава которой еще на заре истории будто бы был убит своими. взбунтовавшимися сыновьями, движимыми особыми биопсихологическими, сексуальными инстинктами ("Эдипов комплекс"). Для подавления в дальнейшем агрессивных влечений человека и понадобилось, по Фрейду, создать государство, право, всю систему социальных норм и вообще цивилизацию.
Современный западный политолог Дж.Ф. Мейтленд-Джонс полагает, что независимые государства в Африке возникли вследствии волевой деятельности той или иной "сильной личности".
Говоря о научности рассматриваемой теории, следует согласиться с Г.Ф. Шершеневичем, который отмечал, что свести всю общественную жизнь к психологическому взаимодействию людей, объяснить жизнь общества и государства общими законами психологии - такое же преувеличение, как и все другие представления об обществе и государстве. Те или иные свойства психики человека, безусловно, оказывают влияние на возникновение, развитие и функционирование государства и права, но они не являются решающими по крайне мере в вопросе происхождения государства и права27.
Материалистическая теория. До недавнего времени эту теорию называли марксистско-ленинской, а основными ее представителями являлись К. Маркс, Ф. Энгельс и В.И. Ленин. При этом умалчивали имя американского этнографа Льюиса Моргана, ко торый проанализировал эволюцию развития первобытного общества на примере североамериканских индейцев и в 1877 г. издал книгу "Древнее общество". На основе данного исследования Ф. Энгельс написал книгу "Происхождение семьи, частной собственности и государства".
В соответствии с материалистической теорией возникновение государства и права рассматривается как естественно-исторический процесс развития общества28.
Длительное время в отечественной теории государства и права происхождение государства и права определялось в соответствии со взглядами Энгельса и Ленина на этот процесс. В основу были положены книга Ф. Энгельса "Происхождение семьи, частной собственности и государства", написанная им в 1884 году, и лекция В. Ленина "О государстве", прочитанная им в 1919 году.
Наличие такого этапа эволюции теории государства и права обусловливает необходимость хотя бы вкратце остановиться на этих работах и привести современные их оценки. При этом следует избегать как огульного, конъюнктурного их осуждения и отрицания, так и захлебывающейся апологетики, которая существовала ранее.
В основу своей работы Ф. Энгельс положил труды американского этнографа, археолога и историка первобытного общества Л.-Г. Моргана, опубликованные в 1877 году в его книге "Древнее общество". Основной заслугой Энгельса была не только систематизация взглядов Моргана и некоторых других этнографов на первобытное общество, но и утверждение материалистического, в том числе классового, подхода к появлению частной собственности и государства. Он сделал попытку, местами весьма удачную, показать определяющую роль материальных условий жизни первобытного общества - форм трудовой деятельности, ведения хозяйства, разделения труда, собственности - на появление и развитие государства. Он сумел уловить некоторые общие процессы в развитии первобытного общества и использовал знания о родовых связях североамериканских индейцев, изученных Л.-Г. Морганом, для объяснения аналогичных процессов в греческой, римской и германской истории. В частности, ценньм для того времени являлось понимание разложения родового строя и перерастание его в государственную форму организации общества.
Вот почему и сейчас, хотя прошло уже более 100 лет со времени выхода в свет работы Ф. Энгельса, знакомство с ней полезно для каждого, кто хотел бы изучить происхождение государства.
Вместе с тем надо знать и те недостатки и даже ошибки, которые имеются в этой работе. Часть из них вытекала из ошибок Л.-Г. Моргана, на которые опирался Ф. Энгельс.
Так, сама периодизация первобытной истории имела весьма искусственный, схематичный характер, хотя некоторые догадки были подтверждены дальнейшим развитием науки в XX веке. Энгельс писал вслед за Морганом о развитии человечества через ступени дикости и варварства к цивилизации, связывая дикость с присваивающим хозяйством, варварство - с производящим, а цивилизацию - с промышленностью.
Современная периодизация, изложенная выше, хотя и подтверждает два самостоятельных способа существования человечества, отнюдь не характеризует их как дикость или варварство, а цивилизацию четко связывает именно с расцветом производящей экономики - становлением земледельческих обществ, раннеклассовых государств.
Энгельс весьма вульгарно, схематически привязал развитие первобытного общества к "решающим орудиям", характеризующим, якобы, главные эпохи: "лук и стрелы для дикости, железный меч для варварства, огнестрельное оружие для цивилизации". Но не развитие оружия - здесь налицо явное догматизированное преувеличение роли так называемых производительных сил -привело к крупнейшей в истории человечества неолитической революции, а, как было показано выше, всеобъемлющий, главным образом экологический кризис, затронувший все стороны жизни первобытного общества.
Ошибки Энгельса касаются также многих представлений о происхождении семьи, ее формах, развитии. В частности, попытка представить развитие семьи в связи с появлением частной собственности как процесс, идущий от матриархата к патриархату, оказалась ошибочной, т.к. матрилинейные и па-трилинейные связи вовсе не замкнуты на зарождающуюся частную собственность. Убедительно доказано, что у многих народов не только патриархальные формы семьи сменяют матриархальные, но имеют место и прямо противоположные процессы. Могут также одновременно существовать и те и другие формы, и факторы, их определяющие, имеют демографический, культовый, а подчас и субъективный характер. Еще одна ошибка связана с семьей "пуналуа". Дело в том, что не существовало никогда такой формы семьи, как "пуналуа" (сведения о ней Морган подчеркнул из россказней полинезийских миссионеров). Допущены были Энгельсом ошибки и в конструировании группового брака - и Морганом, и им не было понято значение классификационного родства. Имеется и ряд других ошибок.
Но главная, заключается в том, что уникальным процессом возникновения государственности у греков и римлян - разложению родового строя и появлению рабовладения - было придано универсальное значение и рабовладельческое государство было признано первичной формой государства, имеющей всеобщий характер.
В работе Энгельса были сделаны также ошибочные выводы о природе государства - от силы, стоящей над классом, примиряющей их, до машины, созданной господствующим классом, для подавления эксплуатируемого класса, - а также выводы о его судьбе. Утверждалось, что поскольку государства не было при первобытном коммунизме, постольку оно будет отправлено в музей, когда установится коммунистическое общество.
Словом, уровень знаний XX века, исходная догматизация некоторых положений материалистического понимания истории способствовали определенным ошибкам этой работы. Но следует подчеркнуть, что это никак не умаляет ее конкретно-исторического значения, роли, которую сыграла эта книга в понимании происхождения государства, вообще в истории духовной жизни XX века.
Примерно также следует оценивать и лекцию В. Ленина "О государстве". Опираясь на работу Ф. Энгельса, в лекции он повторил ряд его ошибок и заблуждений, например о том, что через общество рабовладельцев прошла вся Европа, громадное большинство народов остальных частей света, хотя, например, даже история возникновения российского государства никогда не знала рабовладельческих форм.
Но лекцию В. Ленин читал в 1919 году, когда шла гражданская воина. В этих конкретно-исторических условиях он делал упор на принудительной, насильственной стороне государства. Он называл государство аппаратом для систематического применения насилия и подчинения людей насилию, подчеркивал, что государство - это машина для поддержания господства одного класса над другим, что первое государство - рабовладельческое - это аппарат, который давал в руки рабовладельцев власть, возможность управлять всеми рабами.
Понятно, что такая трактовка происхождения государства и его первичных форм определялась главным образом потребностями политической борьбы, гражданской войны, когда надо было идеологически обосновывать разрушение предыдущего буржуазного типа государства и объяснить жестокие принудительные меры, осуществляемые вновь возникающим - пролетарским, т. е. социалистическим, типом государства.
Поэтому знакомство с лекцией В. Ленина весьма поучительно, т.к. она представляет определенный этап в эволюции теоретических знаний о происхождении государства, демонстрирует не столько принцип научности, сколько принцип партийности, когда отбрасывают знания об общесоциальных функциях государства, а на службу сиюминутным, политически конъюнктурным обстоятельствам и интересам ставят лишь отдельные стороны государства, придавая им универсальный характер. Эта лекция свидетельствует и о мощи идеологической функции теории государства и права, когда представления о машиноподобном, запугивающем граждан, образе государства десятки лет господствовали в общественном сознании, тиражировались из поколения в поколение.
Машина, аппарат, орудие - эти характеристики, данные Лениным государству, - оказали негативную идеологическую роль, и освобождение от них становится одной из новых, актуальных задач современной теории государства.
Взгляды Энгельса, Ленина, других их сторонников характеризуют марксистскую теорию происхождения государства. Ее основные положения представляют определенную комбинацию из верных и неверных, ошибочных и даже утопических положений. К достоверным относится материалистический и диалектический подход к развитию первобытного общества, утверждение о взаимосвязи становления классового общества и государства, почему эта теория может быть названа и классовой теорией происхождения государства. Верным являются положения о политической, структурной (аппаратной), территориальной характеристике государства, о внутренних объективных факторах возникновения государства и ряд других.
Ошибочным является преувеличение роли классов в создании государства, особенно господствующего класса, о принудительных, насильственных формах первичных государств, придание рабовладельческому государству первичного универсального, типичного характера. Ошибочными являются многие утверждения о первобытном обществе, о происхождении и развитии семьи. Энгельс также прошел мимо крупных антропологических открытий XIX века, свидетельствующих об эволюции человека как биологического вида, о разных типах людей и разных в связи с этим характеристиках их общественной организации.
Вместе с тем эта теория выделила в происхождении государства те черты, которые либо не были замечены в иных теоретических представлениях, особенно связь государства с классообразованиями, либо были сознательно закамуфлированы опять же в угоду определенным идеологическим представлениям и интересам29.
3. Основные теории происхождения права.
Теологическая теория довольно многоаспектна, что, несомненно, объясняется особыми историческими и материальными условиями существования различных государств Древнего Востока и Древнего Запада (Греция, Рим).
У древних народов политико-правовая мысль восходит к мифологическим истокам и развивает представление о том, что земные порядки есть часть общемировых, космических, имеющих божественное происхождение. В русле такого понимания и освещаются в мифах темы земной жизни людей, общественного и государственного строя, их взаимоотношения, права и обязанности.
Законы, правосудие, справедливость по-египетски - олицетворяет богиня Маат (Ма-ат). Судьи носили ее изображение и считались ее жрецами. Божественный характер земной власти фараонов, жрецов и чиновников, а также официально одобренных правил поведения, в том числе и основных источников тогдашнего права (обычаев, законов, судебных решений) означал, что все они соответствуют или должны соответствовать маат - естественно-божественному порядку справедливости, что находит свое выражение в Ригведе (священных гимнах индоариев), дао (в древнекитайской мифологии), дике (у древних греков). Речь везде идет о правде-справедливости, которая в последующих естественно-правовых концепциях правопонимания стала обозначаться как естественное (или естественно-божественное) право30.
В теологической теории, особенно со времен Фомы Аквинского (XII-XIII вв.) утверждается о существовании высшего божественного закона и естественного права, которые и составляют основу действующего права. Теологическая теория опиралась в своем объяснении происхождения права на религиозные книги, прежде всего Библию, где утверждалось, что основные законы (заповеди Моисея) были даны человечеству Богом.
Вот как об этом, например, говорится в Библии: "Моисей возошел к Господу, и Господь показал ему дерево, и он бросил его в воду, и вода стала сладкой. Там Бог дал народу устав и закон, и там испытывал его".
И хотя эти законы были детищем своего времени, обобщали и закрепляли опыт социальной и экономической жизни раннеклассовых обществ, отдельные стороны рабовладения, теологическая теория придает им всеобщее, универсальное значение, освещает авторитетом божественного разума31.
Сторонники естественно-правовой теории полагали, что кроме права, которое устанавливает государство, существует естественное право, присущее человеку от рождения. Их никто - ни общество, ни государство - человеку не даруют, они - эти права - являются условиями существования человека и его жизнедеятельности. Среди них - право на жизнь, свободу, равенство, собственность и ряд других, и, следовательно, утверждала эта теория, естественное право (сумма естественных, вечных, неотчуждаемых и неизменимых прав человека) - это высшее право по отношению к действующему праву (законы, обычаи, прецеденты), это право, воплощающее в себе разум и вечную справедливость.
Теория естественного права, таким образом, снимала, по существу, проблему происхождения права, делая упор на изначальном присутствии у человека как у социального существа определенной суммы прав. Она разрывала взаимосвязь между возникновением государства, классовых и иных социальных структур, потребностей общества и самого права как объективного результата развития регулятивной системы, появляющегося на определенном этапе. Тем самым она уходила от изучения и объяснения объективных процессов возникновения суммы прав у каждого человека, в ее абстрактное признание.
Вместе с тем эта теория несла в себе социальный заряд большой мощности, т.к. позволяла с позиции справедливости, гуманизма, либерального демократизма, просто разумности оценивать и, соответственно, критиковать действующее право, если последнее становилось тормозом общественного развития, преградой к благоденствию общества.
Не случайно в XVII-XVII1 веках теория естественного права явилась идеологическим обоснованием революционных акций молодой буржуазии, рвущейся к власти. Опираясь на естественные, основные права человека (свобода, равенство, собственность), идеологи буржуазии подвергли жесточайшей и сокрушительной критике действующее в то время право, защищавшее сословные привилегии, абсолютистские монархии, цеховую организацию производства, внеэкономическое принуждение, все то, что мешало становлению нового, прогрессивного буржуазного строя.
И в XX веке, когда во многих социалистических странах возникла необходимость перейти от административно-командной, жестко централизованной, опирающейся на государственную собственность системы власти и управления к либерально-демократичным режимам, рыночной экономике, утверждению и защите прав человека, многообразия форм собственности, в том числе и частной, теория естественного права показала всю свою социальную значимость. Многие ученые-юристы встали на естественно-правовые позиции, утверждая так называемое "широкое понимание права".
Что при этом имелось в виду? Прежде всего, отличие права от закона, от действующего законодательства, несостоятельность этого законодательства, которое закрепляло и защищало социалистическую административно-командную экономическую систему и соответствующий ей политико-правовой режим. Критика "закона", т. е. действующего права, шла с позиции естественных прав человека, в которые теперь вкладывался социальный опыт и цивилизационный уровень XX века. Таким образом, теория естественного права, или права справедливости, права моральных начал, имеет и глубокое содержание, и большое социальное значение.
Теория естественного права допускает также свое обоснование и с религиозных позиций, смыкаясь с теологической теорией происхождения права.
Действительно, если естественные права принадлежат человеку от рождения, то они могут иметь и божественное происхождение. Иными словами, не быть дарованными человеку ни обществом, ни государством, но быть дарованными тем самым божественным началом, которое по религиозному мировоззрению сотворило и вообще самого человека32.
В самом конце XVIII в. в Германии зародилось и в первой половине XIX в. сделалось весьма влиятельным в изучении права особое направление исследовательской мысли. В центр своих теоретико-познавательных интересов оно поставило вопрос о том, как право возникает и какова его история.
Основоположником направления в юриспруденции, получившего наименование исторической школы права, является Г. Гуго (1764-1844) - профессор Геттингенского университета, автор "Учебника естественного права, как философии позитивного права, в особенности - частного права". Виднейшим представителем этой школы был К. Савиньи (1779-1861), изложивший свои взгляды в книге "Право владения", в брошюре "О призвании нашего времени к законодательству и правоведению" и в 6-томном сочинении "Система современного римского права". Завершает эту группу представителей исторической школы права Г. Пухта (1798-1846), основные произведения которого - "Обычное право" и "Курс институций".
Естественно-правовую доктрину и вытекавшие из нее демократические и революционные выводы историческая школа права избрала главной мишенью для своих нападок. Эта доктрина вызывала недовольство своих противников тем, что доказывала необходимость коренного изменения существующего со средних веков политико-юридического строя и принятия государством законов, которые отвечали бы "требованиям разума", "природе человека", а фактически - назревшим социальным потребностям, т. е. общественному прогрессу.
Теоретики исторической школы права взяли под обстрел прежде всего тезис о позитивном праве как об искусственной конструкции, создаваемой нормотворческой деятельностью органов законодательной власти. Они утверждали, что действующее в государстве право вовсе не сводится лишь к совокупности тех предписаний, которые навязываются обществу как бы извне: даются сверху людьми, облеченными на то специальными полномочиями. Право (и частное и публичное) возникает спонтанно. Своим происхождением оно обязано отнюдь не усмотрению законодателя. Г. Гуго принадлежит очень характерное сравнение права с языком. Подобно тому как язык не устанавливается договором, не вводится по чьему-либо указанию и не дан от бога, так и право создается не только (и не столько) благодаря законодательствованию, сколько путем самостоятельного развития, через стихийное образование соответствующих норм общения, добровольно принимаемых народом в силу их адекватности обстоятельствам его жизни. Акты законодательной власти дополняют позитивное право, но "сделать" его целиком они не могут. Позитивное право производно от права обычного, а это последнее произрастает из недр "национального духа", глубин "народного сознания" и т. п.
Представители исторической школы права верно подметили одну из существенных слабостей естественно-правовой доктрины- умозрительную трактовку генезиса и бытия права. В свою очередь, они попытались истолковать становление и жизнь юридических норм и институтов как определенный объективный ход вещей. Этот ход, полагал Г. Гуго, совершается непроизвольно, приноравливаясь сам собой к потребностям и запросам времени, поэтому людям лучше всего не вмешиваться в него, держаться исстари заведенных и освященных опытом столетий порядков.
К. Савиньи считал, что с движением национального духа стихийно эволюционирует и право. Динамика права всегда есть органический процесс в том смысле, что она сродни развитию организма из своего зародыша. Вся история права - медленное, плавное раскрытие той субстанции, которая, как зерно, изначально покоится в почве народного духа. На первом этапе своего развития право выступает в форме обычаев, на втором делается предметом обработки со стороны сословия ученых-правоведов, не теряя, однако, при этом связи со своим корнем- общим убеждением народа.
С точки зрения Г. Пухты, бесцельно искусствено конструировать и в любое время предлагать людям ту или иную придуманную правовую систему. Созданная отдельно от самой истории жизни народного духа, не напоенная им, она не может привиться обществу. Как членам живого организма, как ветви целостной культуры народа правовым установлениям свойственна органичность, которая выражается, помимо прочего, и в том, что стадии и ритмы развития права совпадают с ходом эволюции народной жизни. "...Этим органическим свойством право обладает также и в своем поступательном движении; органической является и преемственность правовых установлении. Выразить это можно одной фразой: право имеет историю".
Конечно, само по себе намерение превзойти понимание права как произвольной людской выдумки, застывшего неизменного постулата природы и т. п. и дать трактовку правовых институтов как закономерного исторического продукта общественной жизни заслуживает всяческого одобрения. Однако историзм этой школы - историзм ущербный. Во-первых, он постулирует неизменность раз и навсегда данного самобытного народного духа. Во-вторых, развитие он понимает не как цепь качественных преобразований, совершающихся в процессе исторической эволюции, а как простое, хронологически последовательное, механическое развертывание изначального содержания таинственного "духа" народа.
Юристы исторической школы права видели назначение действующих в государстве юридических институтов в том, чтобы служить опорой внешнего порядка, каким бы консервативным порядок этот ни был (Г. Гуго). Положительные законы бессильны бороться со злом, встречающимся в жизни. В лучшем случае они способны помочь упорядочению обычного права и политической структуры, которые формируются естественно-исторически под влиянием происходящих в народном "духе" необъяснимых превращений (К-Савиньи). Законодатель должен стараться максимально точно выражать "общее убеждение нации", при этом условии правовые нормы будут обладать ценностью божественного и потому приобретут самодовлеющее значение (Г. Пухта).
Оперируя приведенными выше и схожими с ними аргументами, приверженцы исторической школы права выступали в защиту крепостничества, монархической государственности и партикуляризма изжившего себя феодального права. Они говорили о ненужности кодификации законодательства и иных подобных мероприятии в масштабах всей Германии. Вместе с тем они отвергали теорию договорного происхождения государства, не признавали права народа на революцию, отклоняли идею разделения властей и отрицали другие аналогичные политические лозунги той эпохи.
Идея "народного духа", которую насаждали в юриспруденции Г. Гуго, К. Савиньи, Г. Пухта, в те времена и позже в общем мало импонировала исследователям и нашла немного почитателей. Но в философско-юридических суждениях исторической школы положительное значение имела критика умозрительных представлений естественно-правового толка о вечности, неизменности и неподвижности права. Оставила свой след в истории юриспруденции и попытка этой школы трактовать правовые институты в качестве особых социальных явлений, исторически закономерно рождающихся, функционирующих и развивающихся в целостном едином потоке жизни каждого народа.
Консервативная по своим практически-политическим выводам, историческая школа права тем не менее пополнила социологическую и юридическую теорию плодотворными гипотезами, ценными наблюдениями методологического порядка. Во всяком случае, дальнейший прогресс научного знания в области права, имевший место в XIX в., трудно понять без учета деятельности этой школы33.
Таким образом, следует признать, что историческая школа права стояла на позициях историзма. Правильно утверждение, что государство и право - объективный результат исторического развития. Весь вопрос заключается лишь в том, что же понимать под "народным духом", т. е. что является первопричиной этого развития.
И на предыдущем этапе со стороны отечественной теории государства и права Савиньи и в его лице исторической школе права "доставалось" за то, что он якобы в понятие "духа" вкладывал националистические и мистические мотивы.
Вместе с тем современная оценка концепций происхождения права, высказанных исторической школой права, должна быть освобождена от такой вульгаризаторской критики. Историческая школа права - это крупное продвижение теоретико-правовой мысли в изучении происхождения права, т.к. она уловила роль и значение глубинного этнокультурного пласта возникновения права и особенности этого процесса у разных народов.
Вместе с тем перенос "первопричины" из сферы хозяйственно-трудовой, культурно-бытовой жизни общества в сферу "духа", "общественного сознания" является, разумеется, все той же гиперболизацией отдельных сторон сложного процесса происхождения права и должен быть отвергнут34.
В начале ХХ века крупным научным событием не только в русской, но и европейской литературе стало опубликование "Теории права и государства в связи с теорией нравственности" Льва Иосифовича Петражицкого (1867-1931). В гносеологическом и методологическом отношении он следовал началам позитивной философии, но при этом проявил большую самостоятельность и оригинальность в освещении правовых явлений и самой природы права.
Право определяется и исследуется Петражицким как явление нашей индивидуальной психики. Социальный момент в праве не игнорируется, но воспринимается под углом зрения психологически-правовых переживаний постольку, поскольку социальный элемент в этих переживаниях отражается. Петражицкий признает различия между правом и нравственностью, но главное различие между ними он видит и воспринимает как различие между чисто императивным характером нравственных импульсов (и соответствующих им норм) и императивно-атрибутивным характером права. "Императивность" в данном случае предстает в толковании Петражицкого индивидуально-личностным сознанием долга, обязанности, в то время как "атрибутивность"- это сознание "своего права", выступающее вовне как притязание. Для нравственности важен императив и момент добровольности в исполнении обязанностей, тогда как для права основное сосредоточено в моменте атрибутивности, т. е. в непременном исполнении обязанности и в связанном с этим удовлетворением. Если в нравственном общении психика участников довольно мирно реагирует на неисполнение обязанностей, то в правовом общении неисполнение обязанностей (в том числе правовых требований, подтвержденных судебным решением) вызывает гнев, влечет оправданные требования принудительного исполнения.
Решающее значение атрибутивных элементов в праве и правовом общении в несколько тяжеловесной, но логически согласованной форме получило такое обоснование: "Сообразно атрибутивной природе правовых эмоций импульс в пользу исполнения правового долга имеет характер давления в пользу того, чтобы другой стороне, управомоченному, бььло доставлено то, что ему причитается; что же касается поведения обязанного, то оно имеет значение не само по себе" а как способ и средство достижения этого результата на стороне управомоченного. Напротив, нравственный импульс имеет характер непосредственного и безотносительного давления в пользу определенного поведения как такового, а не как средства удовлетворения права другого" (Теория права и государства в связи с теорией нравственности. 2-е изд. 1909).
Одним из важных выводов теории стало положение о том, что с точки зрения социальных целеполаганий и достижения твердого порядка роль права в общественной жизни важнее роли нравственности, поскольку пассивная этическая мотивация в этом плане явно уступает активной этической мотивации (сознанию правомочности); в этом отношении "та и другая ветвь человеческой этики" исполняют не просто различные функции, они различны и в силе мотивации, во влиянии на поведение. Правовой психике, сообразно ее природе, свойственно двустороннее мотивационное действие - "наряду с пассивною этическою мотивацией (сознание долга) имеет место активная (сознание управомоченности), так что получается соответственно координированное индивидуальное и массовое поведение. При этом пассивно-правовая мотивация... оказывает более решительное и неуклонное влияние на поведение".
На стороне правового актива ("особенное и заслуживающее похвалы поведение") имеется не только поощрительно-санкционирующая мотивация в пользу осуществления права, но также стремление "добиваться причитающегося". Последнее осуществляется вне зависимости от усмотрения и воли обязанных - оно сопровождается требованием, домогательством, тенденцией заставлять обязанных подчиняться с помощью разных средств, в том числе насильственных, и кроме того - "тенденцией злостных, мстительных и вообще репрессивных реакций по адресу нарушителей". Все это оказывает добавочное мотивационное давление. "Вообще, указанные две тенденции, влияющие на поведение обеих сторон в пользу неуклонного осуществления требований права, придают упомянутой выше социальной координации поведения особенно крепкий, правильный и прочный характер".
В итоге действия указанных законов-тенденций правовой психики и ее развития получается прочная скоординированная система вызываемого правом социального поведения, прочный и точно определенный порядок. Недаром в психике публики и юристов имеется прочная ассоциация двух идей - "права" и "порядка", так что вместо слова "право" весьма часто применяют выражение "правопорядок". Для такой ассоциации существует и "научно-причинное объяснение".
К числу несомненных заслуг создателя психологической теории права относят обычно решительное безусловное освобождение теории права от узкого юридического догматизма. В этом вопросе Петражицкий создал своеобразное учение о многообразии нормативных фактов и видов положительного права. Отказавшись от сложившихся вариантов догматического истолкования источников права и стремясь охватить все известные факты из истории права и современного его состояния, Петражицкий насчитал целых 15 видов положительного права, неизвестных, по его оценке, современной науке или же не признаваемых ею.
Среди них он помимо официального права (законодательства) различает книжное право, для которого нормативным фактом служит авторитет книги, преимущественно юридического содержания (имеются в виду священные книги, сборники обычного права, научные трактаты и Свод законов Юстиниана); далее следует "право принятых в науке мнений", "право учений отдельных юристов или групп их", "право юридической экспертизы" (сюда же отнесены знаменитые "ответы" римских юристов); отдельно выделено "право изречений религиозно-этических авторитетов: основателей религий, пророков, апостолов, святых, отцов Церкви и т. д." и "право религиозно-авторитетных примеров, образцов поведения". Своеобразное семейство образуется из "договорного права", "права односторонних обещаний" (например, государственных органов и частных лиц), "программного права" (программное заявление органов государственной власти), "признанного права" (признание известных прав и обязанностей одной из сторон юридического отношения). "Прецедентное право" усматривается в деятельности государственных учреждений и в международном праве. Различается также "общенародное право, как везде существующее право" (нормативным фактом для него служат ссылки на то, что "так принято во всем мире", "у всех народов"). Отсюда становится понятным соседствующее с прецедентным и общенародным "право юридических поговорок и пословиц".
Петражицкому принадлежит весьма точная и по-своему конструктивная критика юридической ментальности, в которой "власть" и "господство" имеют характер не научно содержательных и фиксированных смысловых терминов, а скорее характер слов для всевозможного и необременительного употребления в различных областях правосознания без ясно определенного смысла. Он писал в своей "Теории права и государства" (1907): "Современное государствоведение... не знает, в какой сфере находятся и какую природу имеют те реальные феномены, которые соответствуют его теоретическим построениям, и как с помощью научных методов можно достигнуть их реального, фактического (наблюдательного, опытного) познания; и, таким образом, вместо изучения фактов получается фантастическое конструирование несуществующих вещей и незнание действительно существующего".
Психологическая теория права и нравственности, в особенности методологические конструкции, положенные в основу этой теории, вызвали обширную критическую литературу. Так, П. И. Новгородцев с самого начала высоко оценил попытку Петражицкого "освободить философскую разработку права от гипноза со стороны положительного закона и практического оборота, суживающего и искажающего теоретический горизонт зрения", но в то же время признавал, что "эмпирический анализ идеи права как внутренне-психического индивидуального переживания" тоже не дает нам законченной теории права, как не дает ее и формально-позитивная догматика. Что касается окончательного вывода, то суть его состояла в том, что заслуги психологической теории лежат вне пределов юриспруденции и что "для философии естественного права эта теория опорой быть не может". В. Н. Чичерин высоко ценил Петражицкого как критика юридического позитивизма, но сильно критиковал его оценки права как инструмента социальной политики. Б. А. Кистяковский обратил внимание на гносеологические погрешности, заметив, что Петражицкий "ориентирует свою теорию образования понятий не на истории наук, а на чисто житейских суждениях, разбавленных разнообразными научными сведениями".
Сегодня теория Петражицкого воспринимается как предпосылка таких новейших течений, как правовой реализм, а также соответствующие ответвления бихевиоризма и феноменологии35.
В системе различных теорий происхождения права следует отныне рассматривать и марксистскую теорию происхождения права. Упомянутая теория, хотя и основывается на правильном материалистическом подходе к этому процессу, вместе с тем преувеличивает связь права с государством, с экономическим строем, с классовыми структурами, с принуждением и насилием. Так, именно в рамках этой теории утверждалось, что право - ничто без аппарата, способного принудить к исполнению норм права. Тем самым исключалась самоценность права как глубинного пласта регулятивной системы, обеспечивающей жизнедеятельность общества, насаждалась репрессивная, карательная, принудительная функция права ("функция насилия", о которой шла речь выше).
В марксистской теории утверждается, что классовый характер норм права, вытеснивших собой родовые обычаи, бьы ярко и открыто выражен в них. С появлением частной собственности и образованием классов правила поведения стали отражать и закреплять общественное неравенство. А с возникновением классового деления общества и образованием государства появились "правила поведения, исполнение которых обеспечивалось всей силой государственного принуждения.
Все это, разумеется, имело место в реальности и может подтверждаться примерами из истории отдельных народов и государств. Однако преувеличение этих процессов, затушевывание иных более глубинных и общих факторов правообразования является искажением действительности, уходом от познания и объяснения общесоциальных закономерностей происхождения права.
Однако перечеркнуть на этом основании все достижения марксистской теории происхождения права также было бы неверно. Принцип историзма, подход к появлению права как социального института, рожденного потребностями материальной жизни общества, связь права с классовыми структурами и классовыми интересами и ряд других положений составляют, несомненно, большое продвижение теоретико-правовой мысли и на этом марксистском направлении36.
Заключение.
Любые реформы в обществе с новой силой ставят вопрос об отношении различных общественных сил, политических организаций к государству в силу того, что во все времена существовали управляемые и управляющие органы, функционировала власть, использовавшая и убеждение, и принуждение, а государство представляет собой особую разновидность властвующей организации, в которой властное начало проявляется всегда активно и никогда пассивно37. Изучение процесса происхождения государства и права имеет не только чисто познавательный, академический, но и политико-практический характер. Оно позволяет глубже понять социальную природу государства и права, их особенности и черты. Дает возможность проанализировать причины и условия их возникновения и развития. Позволяет четче определить все свойственные им функции - основные направления их деятельности, точнее установить их место и роль в жизни общества и политической системы38.
Существует множество теорий происхождения государства и права. Такой плюрализм научных взглядов обусловлен историческими особенностями развития общества, своеобразием тех или иных регионов мира, идеологическими приверженностями авторов, задачами, которые они ставят перед собой, и другими причинами39.
Казалось бы, истинной может быть только одна теория, не случайно латинское изречение гласит: "error multiplex, veritas una" - истина всегда одна, ложных суждений может быть сколько угодно. Однако такой схематичный подход к столь сложным социальным институтам, как государство и право, был бы неверным. Многие теории охватывают лишь те или иные стороны происхождения государства, хотя и преувеличивают, универсализируют эти стороны. Если государственная власть - от бога, значит она должна быть равной ко всем и не иметь классового уклона. Так, по крайней мере, следует из христианской религии. Патриархальная теория государства, выдвинутая еще Аристотелем, видит в государстве разросшуюся семью, так же опекающую своих подданных, как отец - своих детей. Договорная теория Ж.-Ж. Руссо предоставляет власти только то, чем наделяют ее "договорившиеся" граждане. Но в действительности такой договор никогда не заключался. Наконец, теории, утверждающие власть государства через согласие подданных на подчинение власти отражают хотя и правильные, но сугубо идейные и психологические основы появления и существования государства, а не порожденные причинами и условиями его происхождения объективные признаки40.
Важно в общей характеристике этих теорий, часть их которых зародилась в глубокой древности или в средние века, наряду с критическим отношением выделять и то позитивное, что они содержат41.
Следует отметить, что отдельные вопросы происхождения права рассматриваются и в таких теориях, как позитивистская (нормативная), социологическая, и в ряде других. Но их целесообразно рассматривать применительно к сущности права. Современная теория государства и права различает, таким образом, две категории теоретических воззрений. Одну -объясняющую происхождение государства и права, вторую - раскрывающую их сущность, описывающую их характеристики, дающую им определение.
Библиография.
Бутенко А.П. Государство: его вчерашние и сегодняшние трактовки // Государство и право. 1993. № 7. С. 12-20
Венгеров А.Б. Теория государства и права: Учебник для юридических вузов. - 3-е изд. - М.: Юриспруденция, 1999.
История политических и правовых учений. Учебник для вузов. Изд. 2-е, стереотип. Под общ. ред. члена-корреспондента РАН, доктора юридических наук, профессора В. С. Нерсесянца. - М.: Издательская группа НОРМА-ИНФРА • М, 1998.
Комаров С.А. Общая теория государства и права: Учебник. - 3-е изд., переработанное и дополненное. - М.:Юрайт, 1997.
Общая теория государства и права: Учебник / Под ред. В. В. Лазарева. - 2-е изд., перераб. и доп. - М.: Юристъ, 1996.
Общая теория государства и права. Академический курс. Книга 1. / М.: издательство "ЗЕРЦАЛО", 1998.
Общая теория права: Учебник для юридических вузов./ Ю.А. Дмитриев, И.Ф. Казьмин, В.В. Лазарев и др.; Под общ. ред. А.С. Пиголкина . - 2-е изд., испр. и доп. - М.: Изд-во МГТУ им. Н.Э. Баумана, 1996.
Теория государства и права: Учебник / Под ред. В.К. Бабаева. - М.: Юристъ, 1999.
Теория государства и права. Курс лекций / Под ред. Н.И. Матузова и А.В. Малько. - М.: Юристъ, 1999.
Теория государства и права. Учебник для юридических вузов и факультетов. Под ред. В. М. Корельского и В. Д. Перевалова - М.: Изд. гр. ИНФРА, 1997.
Теория государства и права: Учебник / Под редакцией Заслуженного деятеля науки РСФСР, профессора А.И. Денисова. М.: "Юридическая литература", 1980.
Шершеневич Г.Ф. Общая теория права / Учебное пособие (по изданию 1910-1912 гг.). Т. 1. М., 1995.
Власенко А.В.
1 Ленин В.И. Полн. Собр. Соч. Т. 1. С. 181 2 Теория государства и права: Учебник / Под редакцией Заслуженного деятеля науки РСФСР, профессора А.И. Денисова. М.: "Юридическая литература", 1980. С. 18 3 Гумплович Л. Общее учение о государстве. СПб., 1910. С. 47. 4 Шершеневич Г.Ф. Общая теория права / Учебное пособие (по изданию 1910-1912 гг.). Т. 1. М., 1995. С. 212-213. 5 Общая теория государства и права. Академический курс. Книга 1. / М.: издательство "ЗЕРЦАЛО", 1998. С. 37 - 39. 6 История политических и правовых учений. Учебник для вузов. Изд. 2-е, стереотип. Под общ. ред. члена-корреспондента РАН, доктора юридических наук, профессора В. С. Нерсесянца. - М.: Издательская группа НОРМА-ИНФРА • М, 1998. С. 113. 7 Теория государства и права: Учебник / Под ред. В.К. Бабаева. - М.: Юристъ, 1999. С. 44 8 Венгеров А.Б. Теория государства и права: Учебник для юридических вузов. - 3-е изд. - М.: Юриспруденция, 1999. С. 42. 9 Теория государства и права: Учебник / Под ред. В.К. Бабаева. - М.: Юристъ, 1999. С. 34 10История политических и правовых учений. Учебник для вузов. Изд. 2-е, стереотип. Под общ. ред. члена-корреспондента РАН, доктора юридических наук, профессора В. С. Нерсесянца. - М.: Издательская группа НОРМА-ИНФРА • М, 1998. С. 255. 11 Теория государства и права: Учебник / Под ред. В.К. Бабаева. - М.: Юристъ, 1999. С. 45. 12 Общая теория государства и права: Учебник / Под ред. В. В. Лазарева. - 2-е изд., перераб. и доп. - М.: Юристъ, 1996. С. 48. 13 Венгеров А.Б. Теория государства и права: Учебник для юридических вузов. - 3-е изд. - М.: Юриспруденция, 1999. С. 43. 14История политических и правовых учений. Учебник для вузов. Изд. 2-е, стереотип. Под общ. ред. члена-корреспондента РАН, доктора юридических наук, профессора В. С. Нерсесянца. - М.: Издательская группа НОРМА-ИНФРА • М, 1998. С. 539. 15 Теория государства и права: Учебник / Под ред. В.К. Бабаева. - М.: Юристъ, 1999. С. 48. 16 Общая теория государства и права: Учебник / Под ред. В. В. Лазарева. - 2-е изд., перераб. и доп. - М.: Юристъ, 1996. С. 49. 17 Теория государства и права. Курс лекций / Под ред. Н.И. Матузова и А.В. Малько. - М.: Юристъ, 1999. С. 30. 18 Венгеров А.Б. Теория государства и права: Учебник для юридических вузов. - 3-е изд. - М.: Юриспруденция, 1999. С. 45. 19 Теория государства и права: Учебник / Под ред. В.К. Бабаева. - М.: Юристъ, 1999. С. 50. 20 Общая теория государства и права: Учебник / Под ред. В. В. Лазарева. - 2-е изд., перераб. и доп. - М.: Юристъ, 1996. С. 51. 21 Бутенко А.П. Государство: его вчерашние и сегодняшние трактовки // Государство и право. 1993. № 7. С. 12-20. 22 Теория государства и права: Учебник / Под ред. В.К. Бабаева. - М.: Юристъ, 1999. С. 50. 23 История политических и правовых учений. Учебник для вузов. Изд. 2-е, стереотип. Под общ. ред. члена-корреспондента РАН, доктора юридических наук, профессора В. С. Нерсесянца. - М.: Издательская группа НОРМА-ИНФРА • М, 1998. С. 528 - 529. 24 Венгеров А.Б. Теория государства и права: Учебник для юридических вузов. - 3-е изд. - М.: Юриспруденция, 1999. С. 46. 25 Теория государства и права: Учебник / Под ред. В.К. Бабаева. - М.: Юристъ, 1999. С. 47. 26 Венгеров А.Б. Теория государства и права: Учебник для юридических вузов. - 3-е изд. - М.: Юриспруденция, 1999. С. 47. 27 Теория государства и права: Учебник / Под ред. В.К. Бабаева. - М.: Юристъ, 1999. С. 46. 28 Теория государства и права: Учебник / Под ред. В.К. Бабаева. - М.: Юристъ, 1999. С. 43. 29 Венгеров А.Б. Теория государства и права: Учебник для юридических вузов. - 3-е изд. - М.: Юриспруденция, 1999. С. 39 - 42. 30 Комаров С.А. Общая теория государства и права: Учебник. - 3-е изд., переработанное и дополненное. - М.:Юрайт, 1997. С. 33. 31 Венгеров А.Б. Теория государства и права: Учебник для юридических вузов. - 3-е изд. - М.: Юриспруденция, 1999. С. 69. 32 Венгеров А.Б. Теория государства и права: Учебник для юридических вузов. - 3-е изд. - М.: Юриспруденция, 1999. С. 69. 33 История политических и правовых учений. Учебник для вузов. Изд. 2-е, стереотип. Под общ. ред. члена-корреспондента РАН, доктора юридических наук, профессора В. С. Нерсесянца. - М.: Издательская группа НОРМА-ИНФРА • М, 1998. С. 412 - 415. 34 Венгеров А.Б. Теория государства и права: Учебник для юридических вузов. - 3-е изд. - М.: Юриспруденция, 1999. С. 70. 35 История политических и правовых учений. Учебник для вузов. Изд. 2-е, стереотип. Под общ. ред. члена-корреспондента РАН, доктора юридических наук, профессора В. С. Нерсесянца. - М.: Издательская группа НОРМА-ИНФРА • М, 1998. С. 683 - 688. 36 Венгеров А.Б. Теория государства и права: Учебник для юридических вузов. - 3-е изд. - М.: Юриспруденция, 1999. С. 71. 37 Комаров С.А. Общая теория государства и права: Учебник. - 3-е изд., переработанное и дополненное. - М.:Юрайт, 1997. С. 32. 38 Общая теория государства и права. Академический курс. Книга 1. / М.: издательство "ЗЕРЦАЛО", 1998. С. 29. 39 Теория государства и права. Курс лекций / Под ред. Н.И. Матузова и А.В. Малько. - М.: Юристъ, 1999. С. 30. 40 Общая теория права: Учебник для юридических вузов./ Ю.А. Дмитриев, И.Ф. Казьмин, В.В. Лазарев и др.; Под общ. ред. А.С. Пиголкина . - 2-е изд., испр. и доп. - М.: Изд-во МГТУ им. Н.Э. Баумана, 1996. С. 47. 41 Венгеров А.Б. Теория государства и права: Учебник для юридических вузов. - 3-е изд. - М.: Юриспруденция, 1999. С. 41 1

Работа на этой странице представлена для Вашего ознакомления в текстовом (сокращенном) виде. Для того, чтобы получить полностью оформленную работу в формате Word, со всеми сносками, таблицами, рисунками, графиками, приложениями и т.д., достаточно просто её СКАЧАТЬ.



Мы выполняем любые темы
экономические
гуманитарные
юридические
технические
Закажите сейчас
Лучшие работы
 Эпоха возрождения и формирование первых европейских лингвистических школ
 Диагностика уровня развития познавательных процессов и речи у детей от 3 до 6-7 лет (дошкольного возраста)
Ваши отзывы
Здравствуйте. Подтверждаю получение заказа. Огромное спасибо за столь короткие сроки. Еще раз ОГРОМНОЕ СПАСИБО!
Николай

Copyright © www.refbank.ru 2005-2018
Все права на представленные на сайте материалы принадлежат www.refbank.ru.
Перепечатка, копирование материалов без разрешения администрации сайта запрещено.